December 4th, 2014

rain

Sleep No More




Сходил наконец на Sleep No More — театральная постановка, где зрителей заводят в здание якобы отеля, в котором происходит якобы сюжет Макбета. Перемещение по отелю свободное, комнат больше сотни, сцены из пьесы немые и происходят по всему зданию. Все зрители — в масках. Без масок только актёры. Разговаривать запрещено. Взаимодействие со средой — полное, и интерактивность быстро становится интимностью: можно копаться в ящиках, читать письма, преследовать актеров, а иногда сами актёры берут вас за руку и уводят в какой-нибудь угол, где могут процитировать небольшой пассаж из пьесы, а затем вытолкнуть нахрен обратно в тёмный коридор. Комнат на семи этажах больше сотни: фойе, бюро находок, больница, лес, спальня, часовня, танцевальный зал и т.д.

Поскольку нет ни объяснений, ни программы, ни указателей, посмотреть всё за один раз физически невозможно: пока Макбет с женой ведут спор о судьбе Дункана, в то же самое время на другом конце здания Геката совершает танец на стойке отельного вестибюля. Сцены из пьесы обыграны со множеством изменений: на банкете Макбет пьёт с мёртвыми Дунканом и Банкуо; Макдафф и Малькольм перемещают по карте миниатюрные ели Бирнамского леса; двое неидентифицированных персонажей разыгрывают танец в крохотной комнате для допроса с раскачивающейся лампой. Эффект присутствия в сцене при полной анонимности приводит к тому, что когда зрителя приглашают пройти за "четвёртую стену", эта стена исчезает, актеры оказываются единственной реальностью, а все зрители сливаются в одну сплошную сущность, которая даже двигается одинаково.

К концу пьесы, ощущения от произошедшего еще более горькие, чем от самого "Макбета". К оригиналу, в котором у насилия нет ни обоснования, ни объяснения, прибавляется фактор присутствия в нем себя. Чайковский писал об оперной версии "Евгения Онегина", что в какой-то момент хочется перестать играть, и тогда, может быть, Ленский выживет. Здесь же, зритель, один в ста лицах, сидит не в зале, а на расстоянии вытянутой руки от спящего Дункана, видит, как входит Макбет — и ничего не делает.

Маски уносят с собой. На память.